Туристическая компания «Корона Севера»

приглашает  посетить  древний русский город

ВЕЛИКИЙ  УСТЮГ

Великий Устюг-город, расположенный при слиянии рек Сухоны и Юга, основан в ХП веке выходцами из Ростово-Суздальского княжества. Как стратегический пункт, крепость на границе с Новгородской Двинской землей, Устюг играл важную военную роль и во времена Руси Московской. Воины-устюжане защищали независимость государства на Куликовом поле в 1380г., отстаивали право Москвы на главенство в сражениях с независимым Новгородом в ХV в., совершали походы в Сибирь и на Мурман, бились под Казанью, в Ливонии в XVI в., а в начале XVII в.  в составе Северного ополчения обороняли Ярославль и освобождали Москву. Уже в середине XVI века Устюг – не только военный, но и торгово-промышленный город; он входит в десятку крупнейших русских центров. В правление царя Фёдора Иоанновича  Устюг официально именуется ВЕЛИКИМ.

С укреплением централизованного государства Устюг постепенно теряет былое военное значение, но находит себя в другом качестве. Находящийся на пересечении торговых путей Россия-Европа (через Северную Двину – Белое море – Баренцево  море) и  Восточная Русь-Сибирь, Устюг становится важнейшим пунктом меновой торговли. Расширяется хлебный рынок: через Устюг идут поставки зерна в Европейские страны, северные поморские уезды и (до образования  в Зауралье собственного хлебного производства) в сибирские города «для прокормления тамо живущих стрельцов, пушкарей, затинщиков».

Известен Устюг и как город мастеров: уже в нач. ХVII столетия  здесь работают ремесленники 55 специальностей. Возникают и расцветают художественные ремесла и промыслы, из которых наибольшую славу городу принесли иконопись и серебряное дело. Иконному мастерству учился в Устюге знаменитый впоследствии московский иконописец Фёдор Евтихиев Зубов. Во второй половине ХVII века  устюжские серебряники осваивают новую технологию обработки серебра- чернение. «Северная чернь» стала, по сути, своеобразной торговой маркой Великого Устюга.

В ХVII-XVIII вв. устюжане-землепроходцы и мореплаватели  Семён Дежнев, Ерофей Хабаров, Василий Шилов  и сотни других, менее именитых, внесли свой вклад  не только в расширение границ Русского государства, но и в развитие географической науки.

Предприимчивые купцы и промышленники, крестьяне и казаки, идущие «встречь солнцу» - вот что такое  Устюг в то время.

Великий Устюг накануне революции 1917 года – степенный зажиточный купеческо-мещанский провинциальный город с полусонным (на взгляд  гостя из столицы) образом жизни, «воскресавший» только в дни ярмарок и праздников. Город с  40 храмами, центр административный и религиозный, Устюг потрясал путешественника первозданностью и тишиной. «Первая причина, по которой устюжане выходят из дома, есть богомоление…» - констатирует статистический сборник 1850 года. Множество святынь привлекало многочисленных паломников. На «Круггородное воскресенье» (крестный ход вокруг города в память об избавлении от мора в 1447 году) собиралось до 20 тысяч человек. Многолюдным был и крестный ход на «Тучу» в местечко Котовалово, где  в 1290 году вместо Устюга по молитвам Прокопия Праведного выпал каменный дождь. Кроме упомянутых, существовали ходы по средам и пятницам, а также в престольные праздники церквей и монастырей и в дни чествования явленных чудотворных икон. Воистину Устюг был тогда городом православным и внешне, и внутренне.

Послереволюционные события потрясли Устюг в той же мере, что и всю Россию. Разрушение храмов, высылки, репрессии, преследование по религиозным и социальным мотивам – знакомы и устюжанам. Бесплатный труд в колхозах, невероятное напряжение сил в годы Великой Отечественной, военный и послевоенный (в 1947 г.) голод – всё это тоже было. Отсутствие дорог, элементарных удобств – это есть и сейчас.

И тем не менее Устюг остался самим собой. Городом, который создавался трудом многих поколений его граждан с неистребимым духом своевольства и непредсказуемости, запрятанным под привычное состояние «ино до нас далеко …не ведаем, на чём свершится».

Как птица Феникс из пепла возрождается купечество (и даже благотворительность). Уцелевшие в ходе  «борьбы с религиозностью» храмы по-прежнему смотрятся в Сухону; прямые и строгие улицы – плод градостроительства ХVIII-XIX столетий, когда-то мощёные камнем, вновь благоустраиваются. Беда советского времени – всегдашнее безденежье в казне – сыграла для Устюга положительную роль: он остался практически не изуродованным постройками казарменного типа. Купеческие особняки ХVIII-XIX вв., деревянные одно-двухэтажные дома – не забытое прошлое, а реальное настоящее. Город-сказка, город-памятник, город ожившей старины – таким предстаёт Великий  Устюг взору современного путешественника.