Достопримечательности Великого Устюга

“Приехали утром в Устюг. Яркое солнце играло на крестах и куполах “Мироносицы”, и церкви, издали белые и чистые, выстроившись в ряд, стояли, окруженные синевой неба. Это было красиво…

Красив Устюг с реки… Весь берег усеян церквями. Зелень, синева неба, белизна зданий и румяно-золотая гладь Сухоны вместе со звоном колоколов составляли целое”.

Питирим Сорокин, 1919 г.

Отважные воины и расчетливые предприниматели, кропотливые исследователи и талантливые художники, устюжане оставили заметный след в истории русского государства, но особенно ярко проявили они себя в области художественного творчества. Уже к середине XVII в. Великий Устюг снискал славу “города мастеров”. В этот период ремеслом здесь занимались около 500 жителей городского посада. Среди же 55 специальностей значение основных приобрели те, что были связаны с художественной обработкой дерева и металла. Приверженность умельцев к местным традициям, бережное к ним отношение обусловили своеобразие многих видов декоративно-прикладного и народного искусства.

Самобытные черты народного творчества прежде всего нашли отражение в совершенных формах северных деревянных церквей. Древние деревянные постройки Великого Устюга полностью утрачены. Однако до нас дошли не только их описания, но и уникальные изображения, которые наглядно свидетельствуют о широком размахе строительства, и в то же время поражают сказочной красотой городского ансамбля, неповторимо образного, благодаря устремленным ввысь величественным шатровым храмом, то изящным и грациозным, то по-богатырски приземистым в череде с небольшими клетскими церквами и стройными колокольнями, богатыми купеческими хоромами и скромными незатейливыми строеньицами. И вся эта живописная картина заключалась в строгую раму суровых крепостных сооружений. По данным местных писцов в XVII в. в Великом Устюге было 28 церквей, а с учетом культовых зданий, расположенных в непосредственно прилегающих к городу монастырях, общее число церквей здесь доходило до 40.

Самые ранние из сохранившихся до наших дней памятников устюжской архитектуры относятся к середине XVII в. и связаны с освоением нового строительного материала кирпича.

Вторая половина XVII в. становится для Великого Устюга периодом расцвета его каменного культового зодчества. Развивая тип кубического пятиглавого храма, ставшего после реформы патриарха Никона каноническим, мастера сумели придать всем этим по существу типовым сооружениям заметное разнообразие. Сравнительная простота, монументальность и конструктивная логичность унаследованы устюжской каменной архитектурой от предварявшего ее деревянного зодчества. Продолжая следовать лучшим традициям своих предшественников, местные градостроители закрепили древнюю топографию Устюга новыми каменными постройками и тем самым внесли неоценимый вклад в развитие единого свободно раскрытого в сторону реки ансамбля этого красивейшего из городов Русского Севера.

В XVIII в. на смену каноническому пятиглавому храму приходит компактная и динамичная композиция высотного ярусного сооружения. Возводятся эти храмы по-прежнему “иждивением” местного купечества, богатство которого растет за счет сибирского торга. Поэтому масштабы строительства Великого Устюга в первой половине XVIII в. не уступают предыдущему столетию, а значительное число дошедших до нас памятников архитектуры относится именно к этому периоду.

Во второй половине XVIII в. в результате распространения принципов типового и повторного проектирования в устюжском строительстве возрастает удельный вес жилых и общественных зданий, отражая тем самым общерусский процесс упрочения светской культуры.

К концу XVIII – началу XIX вв. в убранстве построек Великого Устюга прослеживается влияние строгих и сдержанных приемов классицизма. Отличающиеся особой чисто местной трактовкой эти черты в архитектуре жилых зданий проявились значительно ярче, чем в культовом зодчестве, которое в это время идет на убыль.

XVIII в. стал также периодом больших достижений в области градостроительства, основой которого становится регулирование застройки. Большинство русских городов получили новые планы, к их числу относится и Великий Устюг. История его перепланировки представляла сложный и длительный процесс, завершившийся созданием в 1804 г. плана, который был положен в основу всей дальнейшей застройки и определил структуру современного города. Новая же регулярная сеть улиц не только подчеркнула богатство и разнообразие форм древних храмов Великого Устюга, но и способствовала формированию оригинального городского ландшафта, сохранившегося в основном до наших дней.

Успенский собор, XVII-XIX вв.

Среди сохранившихся архитектурных ансамблей Великого Устюга в первую очередь следует отметить древнейший центральный комплекс – Соборное дворище во главе с Успенским собором, ставшим своего рода палладиумом Устюга. Первое летописное упоминание о храме относится к 1290 году.

Каменное строительство на территории комплекса началось в 1554 г., когда на месте сгоревшего последнего, шестого, деревянного Успенского собора заложили первый не только в Устюге, но и на всем Русском Севере одноименный каменный городской собор. Очевидно это был шестистолпный крестово-купольного типа храм (1554-1558 гг.), возведенный по образцу Успенского собора Московского Кремля (1475-1479 гг.). Однако последующие один за другим пожары 1646 и 1649 гг., привели в аварийное состояние здание собора, причем сила второго, городского, пожара была так велика, что “стены от жару разшились”. В 1652 г. “ветхие” стены первого каменного сооружения были разобраны до основания, работы же по возведению другого затянулись на долгие годы – освящение храма состоялось лишь 25 марта 1669 г. Новый Успенский собор, как можно предполагать, всеми формами восходил к прототипу, но, по замечанию летописца, явился “огромностью же менее преждебывшего”.

Свой современный облик собор приобрел, как известно, после грандиозной перестройки в 1728 – 1732 гг., а также ряда более мелких ремонтных работ, производившихся на протяжении XVIII и XIX вв. Все эти поздние изменения значительно снизили общую художественную ценность Успенского собора. Тем не менее, громадное здание собора выглядит величественным. Трудно переоценить значение этого памятника во всей его совокупности для художественной культуры Великого Устюга. Череда пожаров, масштабные перестройки и, наконец, социальные потрясения XX века не способствовали сохранности многочисленных раритетов и богатого внутреннего убранства Успенского собора. Резной золоченый иконостас и лепнина – это все, что осталось от некогда роскошного интерьера XVIII столетия, на украшение которого в 1780 г. императрицей Екатериной II была пожертвована немалая сумма денег.

Над созданием интерьера собора трудилась большая группа искусных мастеров не только устюжских, но и московских, ярославских, архангельских. Их имена известны. Святые образа для нового иконостаса написал “живописною наукой” (т.е. в академической манере) священник Успенского собора Василий Аленев.

Существующий иконостас Успенского собора – это первый в Устюге классицистический памятник, по краткому, но выразительному определению В.А. Аленева “иконостав древней римской архитектуры французского вида”. Иконостас состоит из двух ярусов (иконы деисусного и праздничного чина не образуют самостоятельных рядов) и представляет собой архитектурно оформленную алтарную стену, где использован коринфский ордер. Деликатно сосредоточенный на стволах каннелированных колонн и иконных рамах резной декор в виде гирлянд из цветов и других не менее оригинальных орнаментальных мотивов, а также строго изысканного рисунка цировки на панелях и карнизах – сдержанно подчеркивают великолепие мерцающего позолотой сооружения, над которым высится скульптурное “Распятие с предстоящими”.

В пору существования Великоустюжской и Тотемской епархии (1682-1788 гг.) Успенский собор был кафедральным и служил местом захоронения архиереев. На стенах собора – северной и южной – сохранились увековечивающие память живописные изображения некоторых из них, что следует признать достаточно редким художественным явлением. Временем исполнения портретов предпочтительно считать период между 1768 и 1780 годами.

Церковь Вознесения, 1648 г.

Самый ранний из сохранившихся памятников каменного зодчества – церковь Вознесения (1648 г.) заметно выделяется среди многочисленных культовых сооружений Великого Устюга. Церковь была поставлена “иждивением” богатейшего устюжского купца Никифора Ревякина, и представляет собой тип бесстолпного пятиглавого храма с колокольней, приделами, папертями и крыльцами-всходами, столь свойственными посадскому зодчеству Руси XVII в. Являясь примером вдохновенного творчества безымянных мастеров, сумевших до предела использовать декоративные возможности кирпича, храм прежде всего покоряет свободной ассиметрией и непринужденностью построения. В неразрывной связи с живописной композицией Вознесенской церкви находится и ее декоративное убранство. Покрывающий всю плоскость фасадов декор выполнен в заглубленном в толпу стен рельефе, что создает богатые светотеневые эффекты и придает храму особую пластическую выразительность. Внешний наряд здания, его “дивное узорочье”, дополняют многочисленные “муравленые” изразцы и резные плитки из белого камня, представляющие, впрочем, большую редкость для устюжского зодчества.

Церковь Вознесения к тому же является хранительницей истинных сокровищ – икон XVII-XVIII вв. “устюжского письма”, тяблового “иконостава” конца XVII столетия, а также резных иконостасов XVIII века.

Троице-Гледенский монастырь, основан в XII в.

К числу замечательных архитектурных памятников относится ансамбль Троице-Гледенского монастыря, расположенного на правом берегу реки Сухоны, на месте давно исчезнувшего легендарного города Гледена. Дата основания монастыря теряется в глубокой древности, но, между тем, временем его основания принято считать конец XII в. Возведение основных каменных зданий Троице-Гледенского монастыря было начато в 1659 г. В первой половине XVIII в. строительство было завершено, и весь монастырский комплекс приобрел тот облик, что сохранился до наших дней. Сияя белизной своих строений, ансамбль Троицкого монастыря безраздельно господствует над ширью заливных лугов и водных просторов, над бесконечно синеющими далями, словно недремлющий страж торжествующей красоты северной русской природы, ее величия и покоя.

Иконостас Троицкого собора представляет собой уникальный образец не только русского декоративно-прикладного искусства XVIII в., но и являет блистательный пример живописного мастерства в провинции в конце столетия. Резной золоченый декор иконостаса отличается редкой виртуозностью исполнения, удивительным разнообразием, пластическим богатством и изяществом орнаментальных форм, характерных как для предыдущих художественных стилей, так и для нового – классицизма. Искусно выполненная деревянная полихромная скульптура, свежее сияние живописных красок, тонкий изысканный узор цировок и блеск позолоты наряду с безупречной резьбой создают редкое декоративное зрелище, пленяющее торжеством ликующего великолепия.